Семинары и конференции 2017
Предельные фиксированные цены на лек. средс.
Спортивная медицина
Мед.товары на экспорт
Новости
Полезные статьи
Будь здоров!
Объявления
Отзывы и пожелания
Медицинские печатные издания
Последние объявления
18.12.17 Компания ООО" Welpharm star trade" приглашает на работу медицинских представителей...
13.12.17 Мед представитель по Ташкентской области (Представительство Sandoz)
12.12.17 Местная фармацевтическая компания SHAYANA FARM в связи с открытием...
12.12.17 Медицинский представитель по г.Ташкент
12.12.17 Продукт Менеджер
12.12.17 В фармацевтическую компанию ООО "АТМ PHARM" требуется МАРКЕТОЛОГ
12.12.17 Требуются МЕДИЦИНСКИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ по г.ТЕРМЕЗ, УРГЕНЧ, КАРШИ, БУХАРА, САМАРКАНД...
12.12.17 В компанию ООО "АТМ PHARM" требуется Медицинский представитель по г.ТАШКЕНТ и...
Все обьявления
Опрос
Афоризм о здоровье
Чего не лечат лекарства, излечивает железо; чего не врачует железо, исцеляет огонь; чего не исцеляет огонь, то следует считать неизлечимым.

Гиппократ
Анекдоты
- Доктор, мне нужно эффективное средство для похудения!
- Нет проблем. Я вам пропишу уголь.
- В порошках или в таблетках?
- В мешках. Вагоны будете разгружать!
Популярные теги
Стоматология, Новый объект здравоохранения, Здоровье матери и ребенка, Вакцинация, Научно-практическая конференция, ВИЧ/СПИД, Туберкулез, Выставки, Новости регионов, Сердце, Мероприятия, проводимые в стране, Рак, Витамины, Новая разработка, Благотворительность
Все теги
Наша кнопка
Код нашей кнопки
Прайс-листы
оптовых цен
Рекомендуем прочесть
Быс­тро най­ти нуж­ное ле­карс­тво по­мо­жет Apteka.uz
Ут­вер­жде­ны пре­дель­ные це­ны ле­карс­твен­ных средств и из­де­лий ме­ди­цин­ско­го наз­на­че­ния
Ут­вер­жде­ны пре­дель­ные кон­трактные, оп­то­вые и роз­нич­ные це­ны на им­пор­тные ле­карс­тва и ме­ди­цин­ские из­де­лия
Ус­та­нов­лен по­ря­док вы­да­чи ре­цеп­тов для ль­гот­но­го от­пус­ка ле­карств
Су­щес­тву­ет ли риск при­об­рес­ти фаль­си­фи­кат в оте­чес­твен­ных ап­те­ках?
Ут­вер­жден но­вый Пе­ре­чень ме­динс­тру­мен­тов, зап­ре­щен­ных к мно­го­ра­зо­во­му ис­поль­зо­ва­нию
"Оте­чес­твен­ным ле­карс­твам не хва­та­ет рек­ла­мы" - мне­ние уз­бек­ских фар­ма­цев­тов
Сайт "APTEKA.uz" - по­бе­ди­тель Ин­тер­нет-фес­ти­ва­ля 2014 по вер­сии WWW.UZ!
Из­ме­нен по­ря­док по­лу­че­ния ли­цен­зии…
Про­фи­лак­ти­чес­кие при­вив­ки: ка­кие нор­мы су­щес­тву­ют в Уз­бе­кис­та­не
Гороскоп здоровья
Вход в личный кабинет
Логин:
Пароль:
Регистрация
Гиппократ. Сочинения

Книга седьмая

После   восхождения   Пса   лихорадки   пошли с потом; после пота не было полного охлаждения: жар снова восстановлялся. Лихорадки были умеренно долги, трудного  разрешения и не причиняли сильной жажды. У немногих они прекращались  в  семь   и   девять   дней, у других разрешались в одиннадцать, четырнадцать и семнадцать дней. У Поликрата была лихорадна и  поты,  как  они  были  описаны;   слабительное  на  низ вызвало очень обильные очищения; лихорадка сделалась настолько   слаба,   что   не   давала   никакого   признака, разве только  на висках;  пот к вечеру—вокруг головы, шеи, груди и вновь по всему животу, и опять возобновился жар. Около двенадцатого и четырнадцатого дня лихорадка усилилась;   небольшой   стул;   после   очищения   больной употреблял ячменный отвар.  Около пятнадцатого дня— боли в животе, близ селезенки и в левом боку; горячие прикладывания облегчали меньше, чем холодные; когда же была  поставлена мягчительная клизма,  боль  прекратилась;  то же  самое  средство также  было полезно Клео-киду, имевшему подобную боль и также лихорадку. На шестнадцатый день жар казался более умеренным; извержения  низом  чистой   желчью,   бодрость  духа,   дыхание умеренное.  Иногда, производя сильное вдыхание,  больной выдыхал весь дух, как при обмороке или как дышит тот, кто отдыхает в тени, сделав путь по удушливой жаре. На семнадцатый день, вечером, больной, опустившись на стул, впал в обморок и долгое время лежал без голоса и чувств. Он едва проглотил меликрат, напрягая мускулы шеи, поскольку глотка пересохла при существующем полном бессилии; он едва пришел в себя; лихорадочный жар был более умерен после этого; болезнь прекратилась на двадцать второй день.

2. У Пифодора около того же времени беспрерывная лихорадка. На восьмой день появился пот, потом возобновился жар. На десятый день—снова пот. На двенадцатый больной принял процеженный ячменный отвар. Для четырнадцатого дня лихорадка была неясная, но обнаруживалась в висках; жажды не было; сам больной считал себя здоровым; поты появлялись каждый день. На пятнадцатый день после куриного бульона больного вырвало желчью; желудок расстроился; лихорадка обострилась и затем спала; появились обильные поты; все тело было очень охлаждено, исключая виски; пульсация не прекращалась: она, казалось, замедлялась немного на то время, когда больной как бы согревался. На двадцать четвертый день, после того как больной в течение нескольких дней принимал кое-какую пищу, у него после утренней еды была сильная лихорадка; к вечеру—бред с наступившим одновременно сном. С этого времени лихорадка была беспрерывной и сильной; бессонница то в течение одной ночи, то в течение двух; во все остальное время—глубокий сон, почти непробудный; во сне—бред, и когда больной пробуждался от этого сна, он едва ли был в себе; отсутствие жажды; умеренное дыхание, иногда такое, как у Поликрата; язык не был обесцвечен. После седьмого дня—рецидив; дали процеженный ячменный отвар; после четырнадцатого—пищу. В течение первых семи дней отрыжка и иногда рвота, без тошноты, немного желчными материями до тех пор, пока желудок не открылся низом. Поты после рецидива прекратились, если не считать незначительного и едва заметного около лба; язык после сна, если его не очищали, немного шепелявил вследствие сухости; на нем виднелись изъязвленные трещины, точно так же как на нижней губе и около зубов; небольшой стул—частый и вязкий—около пятнадцатого дня со времени рецидива; гранатовый напиток остановил его. Моча— такая, как при длительных поражениях. К концу—боль в груди во время проглатывания питья; рука на груди; приняв тмин и яйцо, больной успокоился. Что касается языка, помог порошок ладана. На пятидесятый день, считая с первого, около восхождения Арктура, небольшие поты малой длительности на пояснице и груди; тело очень охладилось, за исключением висков, в течение очень короткого времени. На пятьдесят первый день—ремиссия, и на пятьдесят второй—лихорадка уже не повторилась.

3. Сын Эротолая около осеннего равноденствия стал дизентериком; имел лихорадку; выделения были желчны, тонки, обильны и немного с кровью; боль живота была очень сильная. После употребления сыворотки и горячего молока боли и кровавые извержения стали более умеренными, но желчные выделения продолжались; больной часто вставал для облегчения желудка, но с меньшей болью. Лихорадка казалась больному и большинству как бы не существующей после пяти или шести первых дней,—настолько она была незаметна; но в висках было биение; язык немного шепелявил вследствие сухости; посредственная жажда; бессонница; больной получал уже ячменный отвар и вино. Около четырнадцатого дня образовались два паротита, и с обеих сторон эти твердые и несозревшие опухоли исчезли; они были не особенно болезненны. Но стул не прекращался и оставался все время очень желчным; больной принял травы в ячменном отваре; желчный стул и боли уменьшились на некоторое время, но стул часто был жидким и обильным; полное отвращение к пище,—больной только с большим трудом принимал что-нибудь. Что касается жара, языка и жажды, то одно и то же состояние продолжало оставаться таким, каким оно было описано; пота совсем не было. У него была некоторая забывчивость следующего рода: он спрашивал о чем-нибудь и затем—по прошествии некоторого времени—снова повторял тот же вопрос, как будто раньше ничего не говорил; посаженный на стул, он забывал об атом, если только ему не напоминали; от его сознания не ускользал этот недостаток его памяти, и он знал о нем. Дыхание—как в здоровом состоянии. По прошествии тридцатого и сорокового дня боль в животе очень возросла; больной лежал на спине и никаким образом не мог повернуться из-за крайне сильной боли; нужно было, чтобы кто-нибудь другой вкладывал ему пищу в рот. Извержения желудка были обильные, раздельные, тонкие, цвета вина; попадались непереваренные, принятые с пищей вещества; иногда кровянистые. Тугоподвижность тела, исхудание и чрезвычайная слабость; больной не мог встать даже при посторонней помощи. Между пупком и хрящом (мечевидным), когда клали руку на эту область, чувствовалось такое биение, какое ни бег, ни сильный испуг не произвели бы в сердце. После того как больной выпил вареного молока ослицы около девяти аттических котилий (2,43 л) в течение двух дней, наступило очень желчное очищение и боли успокоились, появился аппетит к пище. После больной пил около четырех аттических котилий (1,08 л) сырого коровьего молока, по два стакана в день, добавляя туда сначала шестую часть воды и немного красного вяжущего вина. Он получал пищу только раз в день, к вечеру: хлеб, печенный на золе, около половины хой-никса (хойникс—около литра), одну маленькую рыбку, простую, живущую в скале, или небольшой кусок коровьего или бараньего мяса; что касается молока, больной после первых девяти дней продолжал употреблять его в течение сорока дней без воды, но с небольшим количеством красного вина. На семидесятый день, считая с первого, появился небольшой, пот к ночи после ванны. Больной мало пил и после еды употреблял кислое питье предпочтительно перед другими.

4. Ктезикрат чувствовал себя лучше от молока с мукой, чем от козьей сыворотки, в то время, когда у него была боль во всем животе, страдания, частый и кровавый стул и опухоль в ногах около двадцать пятого дня; то же самое было с Агрианом. Мальчику Кения было предписано вареное  ослиное молоко.

5.  Сын Кидия около зимнего солнцестояния охвачен был ознобом, лихорадкой, болью в правом ухе и головной болью. Такая боль уха сопровождала его с раннего детства—с  истечением,   фистулой и плохим  запахом;   пока дело шло таким образом, большую часть времени не было болей; но на этот раз боль уха была жестокая, как и головная  боль.   На  второй или третий день—рвота  желчью; усаженный на сиденье, он выделил испражнения, немного желчные,   клейкие,   как   яйцо,   несколько     желтоватые. На четвертую ночь и на пятую—небольшой бред, сильная боль головы и уха; лихорадка. На шестой день—выделение   низом  под  действием линозоста; жар и боль, казалось,  прекратились.  На седьмой день—как бы выздоровление, хотя в висках биение не прекращалось;  совсем не было пота. На восьмой день больной получил процеженный ячменный отвар и к вечеру отвар свеклы; ночью спал без малейшей боли.  На девятый день он еще был в сознании при закате солнца, но к ночи поднялась жестокая боль головы и уха; с самого же начала образовалось гнойное истечение из уха, в то время как страдание было наиболее  сильно. Всю   девятую  ночь, точно так же как Следующий день и большую часть ночи, он никого не узнавал и непрерывно стонал; днем пришел в себя; боли успокоились, и жар был более умеренным. На одиннадцатый день, приняв в ячменном отваре линозост, больной выделил мокротные слизистые зловонные испражнения. На двенадцатый и на тринадцатый день чувствовал себя сносно. На четырнадцатый—общий пот, начиная с утра и почти до половины дня, со сном и сильной комой; больного трудно было разбудить; к вечеру его разбудили; тело умеренно охладилось, но биение в висках продолжалось. На пятнадцатый и шестнадцатый день больной получил процеженный ячменный отвар. Но на семнадцатый, ночью, боль снова вернулась с тем же: бред, истечение гноя. На восемнадцатый, девятнадцатый и двадцатый день—маниакальное состояние: больной кричал, силился подняться, но не мог держать головы, протягивал вперед руки и все время тщетно ловил что-то. На двадцать первый день—небольшой пот на левом боку, на груди спереди и на голове. На двадцать второй—очень выраженный пот на лице; что касается голоса в течение этого времени, то при больших усилиях больной высказывал все, что хотел, но если он говорил без усилий, слова произносились только наполовину; расслабленный рот; челюсти и губы непрерывно в движении, как будто при желании что-то сказать; частое движение глазами; всматривался; цвет правого глаза, как говорится, кровавый; верхнее веко опухло; под конец—краснота челюсти; все вены на лице ясно выступают и не напряжены. Глазами больной не мигал уже больше, но смотрел пристально и поднимал веки к верхней части, как будто что-то попало ему в глаза. Когда он пил, жидкость с шумом спускалась в грудь и живот, как у Хартада. Дыхание—достаточно умеренное в течение всей болезни; язык, как у перипневмоников, беловато-желтый; сначала и до конца сильная головная боль; шея постоянно неподвижная,—ее приходилось поворачивать вместе с головой; часть позвоночного хребта, начиная с шеи,—прямая и не сгибающаяся; лежание—такое, как было сказано,—не всегда на спине; гной по виду—серозный, белый, обильный; было затруднительно вбирать его губкой; чрезвычайный запах. В последнее время больной совсем не чувствовал прикосновения к ногам.

6.  У  сестры  Гарпалида,  беременной на пятом или шестом месяце, сделалась водянистая опухоль на ногах; впадины глаз опухли, и все тело было приподнято, как у флегматиков; сухой кашель, иногда тяжелое дыхание; астма и удушье такие, что больная оставалась сидеть в своей кровати, не будучи в состоянии лечь, и если было какое-нибудь подобие сна, то только, когда она сидела. Впрочем, не было совсем лихорадки; плод уже давно пребывал в неподвижности, как мертвый, и переваливался с одной стороны на другую. Астма продолжалась около двух месяцев, но состояние больной улучшилось в связи с тем, что больная употребляла бобы, приготовленные с медом, мед в виде кашки и пила эфиопский тмин в вине; потом при кашле она выделила обильное отхаркивание, переваренное, слизистое, белое, и одышка прекратилась. Женщина родила девочку.

7.   У жены Поликрата летом, около восхождения Пса, была лихорадка; утром дыхание было менее затруднено, после полудня—больше, и тогда же оно становилось не сколько более частым; кашель; выделения, сначала гнойного вида; внутри, в дыхательном горле и глотке, слышалось нечто  вроде  грубого свиста; лицо хорошего цвета; на челюстях—краснота не темная, но достаточно яркая. Позднее   голос   стал   хриплым;   изнурение   тела;   вокруг поясницы—высыпи, и в последнее время появился понос. На семидесятый день лихорадка  очень охладилась снаружи; в висках спокойствие, но дыхание стало более частым. После этого перерыва дыхание ускорилось настолько, что  больная оставалась в сидячем положении,  пока не умерла.  Большой шум в трахее;  пот плохого качества; совершенно   разумный   взгляд   до   последнего   времени. Прошло больше пяти дней со времени охлаждения лихорадки; по прошествии первых дней больная непрерывно выделяла гнойное  отхаркивание.

8.  У женщины пожилого возраста, жившей выше во рот,   возникла   небольшая   лихорадка;   когда   эта   лихорадка уже прекращалась, появилась боль в шее, распространяющаяся  до спины  и  поясницы, и больная  совершенно не могла владеть ими; челюсти были сведены и зубы стиснуты одни с другими до такой степени, что не пропускали  зонда;   прерывающийся  голос  вследствие  того, что тело было парализовано, неподвижно и слабо; сознание сохранялось. С помощью припарок и теплого меликрата это состояние улучшилось к третьему дню; потом, употребляя   процеженный   ячменный   отвар    и    бульон больная выздоровела. Это случилось к концу осени.

9.  Натиралыцик маслом у   Гарпалиды,   сделавшись к осени более слабым в ногах и руках, принял необдуманно лекарство, очищающее верхом и низом;  вслед за этим очищением—лихорадка; в трахее образовалось такое истечение, которое затрудняло разговор и производило то, что среди разговора  больной задыхался,  подобно пораженному   ангиной  с   охриплостью;   когда  глотал,   были и   другие   симптомы   ангины,   но  не  было   совсем  опухоли. Лихорадка усилилась так же, как кашель, и началось  выделение  обильной  водянистой  слизи.   Позднее—- боль в груди и в левой грудной железе; когда больной вставал или двигался,—чрезвычайная астма и пот на лбу и  голове;   симптомы   со   стороны  глотки  продолжались, но слабее, когда  боль перешла в грудную область. С самого начала больной употреблял бобы,  приготовленные на меду; когда лихорадка задержалась, он больше принимал горячий уксус о мед и медовую кашку. По прошествии четырнадцати дней все прекратилось, и немного спустя больной снова владел руками и ногами.

10. У  Хартада:   горячка,  обильная  рвота  желчью, отделение на низ, бессонница, в селезенке—круглая опухоль. На девятый день он встал рано утром, так как в животе поднялись урчания без боли; освободив кишечник, он выделил больше хоея (3,24 л)  свежей крови и немного спустя треть хоея (1,08 л) сгустившихся кусков. Сердечная тоска; небольшой пот почти по всему телу; незначительная   лихорадка,    казалось,    охлаждалась.    Сначала больной сохранял сознание, но в течение дня тоска усилилась, так же как беспокойство; дыхание немного ускорилось; более смело и более дружелюбно, чем бы это следовало,  говорил и приветствовал он людей;  появилось, по видимому,  обморочное  состояние;  его  заставили принять процеженный ячменный отвар и воду с мукой, но явления не прекратились,  напротив,  дыхание к вечеру чрезвычайно   участилось,   беспокойство   достигло   сильнейшей степени; больной бросался направо и налево и не в состоянии был оставаться ни одного мгновения в покое; ноги   холодные;   с   приближением смерти жар в висках и голове усиливался; мелкий злокачественный пот; когда больной пил, подымался шум в груди и животе по мере опускания жидкости, что было очень плохо. Высказывая желание испражниться, с неподвижным взглядом, он через несколько минут  скончался.

11. У дочери Гермонтолема зимой—лихорадка, головные боли; когда она пила, ей, казалось, трудно было глотать; она садилась и говорила, что у нее замирает сердце; язык был синеватый с самого начала. Случайная причина болезни, казалось, было охлаждение после ванны. Бессонница днем и ночью. На расспросы после первых дней она отвечала, что страдает не только головой, но и всем телом; жажда—то сильная, то умеренная. На пятый, шестой и почти до девятого дня—бред; потом больная начинала разговаривать сама с собой в коме, не заканчивая слов; и тогда она протягивала руку к стене, и к прохладной подушке, которая была под ее головой, и приближала ее к своей груди; иногда она отбрасывала далеко от себя одеяло; на правом глазу образовался кровоподтек и стояли слезы; моча была такой, как вообще она бывает плохой у детей. Больная вначале выделила стул желто-беловатый, позже—очень водянистые и очень мало окрашенные вещества. На одиннадцатый день она казалась не такой горячей и иногда так мало хотела пить, что, если не предлагали, она и не. просила пить. Сон после первого времени болезни был достаточен днем, но совсем не было сна ночью, и ночью она страдала больше всего. Желудок расстроился на девятый день, и стул был водянистый так же, как на одиннадцатый; в следующие дни стул был довольно част и того же качества. В первые дни— возбуждение, слезливость, как у детей, крики, ужас, блуждающий взгляд, в особенности, когда она просыпалась от комы. На четырнадцатый трудно было ее сдержать; она порывалась, крича беспрерывно и внезапно, как будто получая удар, испытывая жестокую боль и страх, пока кто-нибудь не схватывал• ее и не держал некоторое время,—тогда она успокаивалась с комой и погружалась в сонливость, не видя и не слыша ничего; эти смены беспокойства и покоя были часты в течение почти целого этого дня. На следующую ночь она выделила некоторые кровавые вещества, как будто слизистые, а затем будто грязные, потом очень зеленые и черные. На пятнадцатый день—острое беспокойство, ужас и крики сделались тише; но появилось раздражение, гнев, жалобы, если быстро не делали того, чего она хотела; она узнавала все и каждого тотчас уже после первых дней; то, что было на глазу, исчезло, но маниакальное состояние без определенного времени, крики и вышеуказанные смены комы продолжались. Она слышала неодинаково, иногда и очень хорошо, когда даже говорили тихо; в другой раз требовалось говорить громче; ноги, как и остальное тело, до последних дней оставались горячие. На шестнадцатый день—состояние менее тяжелое. На семнадцатый день, находясь в более сносном состоянии, чем в другие дни, она к ночи с появлением озноба сжалась и лихорадила сильнее обычного; жажда была большая; другие подобные симптомы продолжались; появилось дрожание рук; тряслась голова; часть лица под глазами и взгляд—плохие; жажда сильная; едва напившись, она вновь требовала пить, схватывала, пила жадно и нельзя было ее оторвать; язык сухой, очень красный; весь рот и губы изъязвленные и сухие; поднося обе руки ко рту, она кусала их, дрожащая, и если ей давали что-нибудь жевать или принимать, она жевала или глотала с жадностью 'и горячностью; состояние глаз было плохое. За три или четыре дня до смерти у нее по временам являлась дрожь, так что она съеживалась и укрывалась, задыхаясь; голени стягивались и ноги были холодными; жажда—та же, состояние рассудка—то же; вставания для выделений были или безрезультатны, или давали выделения мало обильные и тонкие с некоторым непродолжительным напряжением. В последний день, а именно двадцать третий, глаза были утром широко открыты; больная бросала вокруг себя беглые взгляды; порой она держалась покойно, не покрываясь и не будучи в коме. К вечеру—движение правого глаза от наружного угла к носу, словно больная видела или хотела чего-то; она узнавала и отвечала на вопросы; голос стал со временем из-за крика прерывистым и хриплым.

12. У сына Амфифрадеса летом—боль в правом боку, кашель и обильные выделения—водянистые и под желчные. Лихорадка, казалось, прекратилась на седьмой день; кашель продолжался; цвет лица немного бледный, слегка желтоватый. Около двенадцатого дня больной выплевывал желтоватую мокроту. Дыхание по мере течения болезни постоянно учащалось; астма и шум, немного хриплый в груди и трахее. Больной употреблял ячменный отвар, сохраняя сознание в течение всего времени. Иногда появлялись поты; около двадцать восьмого дня он умер.

13.  Лавочник, живущий вне города, пораженный перипневмонией,  имел  с  самого  начала  расстройство  желудка.   На четвертый день—обильный пот;  незначительная лихорадка, казалось, прекратилась, кашель был, так сказать, ничтожен.  На пятый, шестой и седьмой день-лихорадка. Пот—на восьмой. На девятый—желтая мокрота. На десятый день—кишечные выделения, нечастые. На одиннадцатый—состояние    улучшилось.     На    четырнадцатый—выздоровление.

14.  У Гермоптолема после захождения Плеяд наступила лихорадка;  кашель не  очень сильный,  но язык—перипневмонический. На девятый день у него был общий пот,   и,  казалось,  он совершенно  охладился.   Ему дали принять  процеженный  ячменный   отвар; около средины дня   жар   восстановился.   На   одиннадцатый   день—пот; желудочное   расстройство,    очень   желчные   выделения; появился   небольшой   кашель.   На   четырнадцатый   день больной выхаркивал желтую материю, хрипел и, сохраняя сознание в течение всего   времени,   на пятнадцатый день   скончался.

15.  Другой, у которого было поражено небо, хрипел; сухой перипневмонический язык; он скончался, сохраняя сознание.

16.   Посидоний при наступлении лета страдал долгое время без лихорадки болью в груди, подреберьях и боку. Несколько лет ранее у него было нагноение. Зимой во время озноба боль увеличилась; легкая лихорадка; гноевидное отхаркивание;  кашель,  царапающий в горле;  хрипение. Скончался,   сохраняя   сознание.

17.  Сын Балея с гор учинил всякого рода погрешности против диеты: на девятнадцатый день—плохой язык, несколько красный; мало твердости в голосе; затуманен ные глаза, растерянные, как у дремлющих; цвет остального тела  не очень желтушный,  но немного желтовато-синий;  слабый невнятный голос, язык—перипневмонический;   сознание  отсутствует; дыхание  плохо   на ощупь,—ни частое, ни большое; ноги холодные, как камень. К двадцатому дню больной скончался.

18.  (См.  Эпидемии F, 104). Женщина у  Метрона, пораженная  ангиной, страдала   правой  рукой и ногой; небольшая  лихорадка слабо держалась;  незначительный кашель; задыхание. На третий день—ослабление. На четвертый—спазм, потеря голоса, хрипение, скрежет зубами,  краснота челюстей. Больная прожила недолго и скончалась на пятый или шестой день; знак на руке немного синеватый.

19.  Бион вследствие длительного водяночного состояния лишился аппетита на много дней и получил странгурию;  на   левом колене  образовался   нарыв,   нагноился; больной скончался.

20.   Ктезифон, страдавший водянкой вследствие жестокой горячки и  ранее имевший водянку и болезнь селезенки, получил значительную отечность мошонки, голеней   и   брюшины.   Незадолго до конца у него появился кашель   и   задыхание   (преимущественно   ночью),   происходившее от легкого, как у чахоточных. За три или четыре дня до конца—озноб, лихорадка.  В правом бедре, внутри, около середины вены, идущей из паха, образовалась синевато-красная  опухоль, подобная роже. Ночью— боль сердца; немного спустя—потеря голоса, задыхание с хрипением,—и больной скончался.

21.  (См. Эп. V, 106). В Олинте один водяночный внезапно потерял голос; у него был бред в течение ночи и дня, и он скончался.

22. Сын  Продрома,   легкий  заика,   летом  захворал горячкой;   сухой  заплетающийся  язык;   обильные  выделения;  умер.

23. Леофорид после зимнего солнцестояния был поражен   острой   лихорадкой;   боль    одреберий   и   живота; жидкие,   желчные   и   обильные   выделения;   днем—кома; перипневмонический язык;  кашля не  было.   На  двенадцатый   день   больной   выделил   в   небольшом  количестве черные и зеленые  вещества. На четырнадцатый день не большая   лихорадка,   казалось,   прекратилась;   поэтому больному  были  позволены  ячменные   отвары.   На  шестнадцатый день у него сделалось во рту очень солоно и сухо;   при  приближении  вечера—озноб,   лихорадка.   На двадцать первый день около середины дня—озноб и пот; небольшая лихорадка прекратилась, но оставался небольшой жар;  ночью—снова пот.    На двадцать второй день ночью пот и жар исчезли.  Все предыдущие дни больной был   без  пота;   но  желудок   был   расслаблен,   даже  при последующем   рецидиве.

24.  Женщина, родственница Теоклеса, жившая вверху, была охвачена, когда Плеяды были на горизонте, острой лихорадкой. На шестой день лихорадка, казалось, прекратилась. Больная, как свободная от лихорадки, приняла ванну. На седьмой день утром челюсть (не помню—с какой стороны) очень покраснела; вечером появилась большая лихорадка; был обморок и потеря голоса; немного спустя—пот; на седьмой день—выздоровление.

25. Жена Феодора также была охвачена жестокой лихорадкой следом за кровотечением зимой; по прекращении лихорадки около второго дня она испытала немного спустя в правом боку тяжесть, как бы от матки; вначале и в следующие дни—сильная боль в груди; припарки к правому боку облегчили страдание. На четвертый день боли возвратились; дыхание участилось; в трахее при вдыхании, которое было трудным, немного свистело; лежание на спине; повертывание затруднено; ночью лихорадка стала более острой, и был небольшой бред. На пятый день утром лихорадка, по видимому, ослабела; пот распространился вначале в небольшом количестве, потом в течение долгого времени от лба по всему телу и ногам. После этого лихорадка как бы прекратилась; тело на ощупь казалось более прохладным, но вены на висках пульсировали и даже с большей силой; дыхание участилось; время от времени подымался слабый бред, и все обострилось. Язык все время был очень бел; кашля не было,—только на третий и пятый день в течение короткого времени; жажды не было, но слюна была; правое подреберье очень опухло к пятому дню, но потом оно стало более мягким; на третий день клизма вызвала немного крепких экскрементов, на пятый снова немного жидких, но живот был мягок, моча кислая и подобная соку смоковницы; глаза, как у уставшего: больная с трудом поднимала и повертывала глаза. На пятый день—-тяжелая ночь; был бред. На шестой день, опять в тот же час, когда рынок полон, был обильный пот; начиная со лба, он распространился по всему телу и длился долгое время; больная при полном сознании занималась своими делами; около середины дня она много бредила; озноб оставался тот же, все симптомы со стороны тела были тяжелыми, около вечера больная спустила с постели ногу и бессмысленно угрожала своему ребенку, снова замолкла и оставалась спокойна; около первого сна—сильная жажда, маниакальное состояние; больная села, бранила присутствующих, потом замолкла и была спокойна; остаток ночи она провела в коматозном состоянии, но не закрывала глаз. Днем она почти постоянно отвечала знаками головы, не двигая телом, и сохраняя удовлетворительное сознание; снова пот в тот же час; глаза так же, как прежде, были обращены вниз, больше к нижнему веку, неподвижные и оцепенелые; белки глаз—желтые, мертвенные, и все тело—желтое и темное; рукой больная часто касалась стены или одеяла; слышался шум, когда она пила жидкость; выплевывала ее или возвращала через ноздри; производила судорожные движения и закрывала лицо; после пота руки стали, как ледяные; пот продолжался—холодный, тело холодело; больная вскакивала, кричала, неистовствовала; дыхание—очень частое; руки дрожали и при приближении смерти были охвачены конвульсиями. Больная скончалась на седьмой день. На шестой ночью она немного мочилась; выделенная моча приставала к соломенной трубочке, была клейкая, похожа на сперму; бессонница была беспрерывная; после шестого дня моча была несколько кровяниста.

26.  Сын Антифана зимой был охвачен болью в правом боку; кашель, лихорадка; он ел и ходил при небольшой лихорадке. Казалось, что у него разрыв. На девятый день лихорадка ослабела, не прекращаясь совершенно; сильный кашель, густая, пенистая мокрота; бок болел. Около  четырнадцатого и снова около двадцатого дня лихорадка, казалось, падала, потом снова возобновлялась;  это был легкий жар,  исчезавший на очень короткое время; что касается кашля, он то совершенно исчезал, то становился сильным с большим задыханием, то только уменьшался;  мокрота после этих дней бывала обильная с удушливым кашлем; выделенные вещества гноевидные, кипящие сверху сосуда и пенистые; в горле почти всегда был хрипящий свист; астма была непрерывной, дыхание учащенное, редко хорошее. По прошествии сорока дней, •—полагаю, около шестидесятого,—ослеп левый глаз, имевший безболезненную опухоль, и немного спустя—правый;  зрачки сделались очень белыми и очень сухими, и больной скончался, прожив только семь дней после потери зрения, с хрипением и большим бредом.

27.  В то же время года подобные симптомы появились при  одинаковых  обстоятельствах  у  Фессалиона.   Кипящая, пенистая, гнойная экспекторация, кашель и царапающий шум в горле.

28.  (См.  Эп. F, 63). У жены Полинарха,  получившей зимой ангину, образовалась опухоль под глоткой; сильная лихорадка; вена была открыта; удушье, происходившее от горла, прекратилось; лихорадка продолжалась. Около пятого дня—боль и опухоль в левом колене; больной казалось, как говорила она, что что-то собиралось вокруг сердца; она дышала, как дышат ныряющие люди; из ее груди шел шум, как у женщин, называемых чревовещательницами; вот что происходило. Около восьмого или девятого дня к ночи желудок дал извержение; выделения—жидкие, обильные, накопленные, зловонные; потеря голоса; женщина скончалась.

29. (См. Эп. F, 98). Аристипп получил в живот сверху жестокий и тяжелый удар стрелы; сильная боль живота; вскоре появилось воспаление. Раненый ничего не выделял низом; ему было тошно; его рвало темной желчью, и после рвоты ему казалось легче, но скоро вновь подымались жестокие боли; живот воспалился, как при илеосе; жар и жажда; скончался в течение семи дней.

30.  (См. Эп. V, 99). Неополис, раненный подобным же образом, испытал то же самое; после сильной клизмы желудок дал извержения; цвет по телу разлился желтоватый,   переходящий  в  черный.   Глаза—сухие,   сонливые, повернутые внутрь, неподвижно смотрящие.

31 (См. Эп. V, 62). У раненного на близком расстоянии дротиком  в печень разлился по телу тотчас же мертвенный цвет;  впалые   глаза;   сильное беспокойство; тягостное состояние. Умер до конца рынка в тот же день, •в который был ранен.

32.  (См. Эп.  V, 60). У получившего от македонца удар камнем в голову над левым виском получилась рана в виде  разреза. От удара потемнело в глазах, и раненый упал. На третий день он потерял голос; сильное беспокойство; умеренная лихорадка; биение в висках, соответствовавшее  небольшому  жару;   совершенно   ничего  не  слышал,  был  без сознания и беспокоен;  влажность вокруг лба и носа—до шеи.  На пятый день скончался.

33.   (См. Эп.  F,  61). Человек из Эноса был  ранен в Делосе дротиком в бок сзади, с левой стороны;  рана была,  однако, без  боли.   На  третий день—слабая  боль живота; стула не было и была поставлена клизма; экскременты появились к ночи,—и боль прекратилась. На четвертый  день—боль,   помещающаяся   снаружи   мошонки к пояснице и захватывающая с силой лобок и весь живот; раненый не находил себе места; его рвало темными желчными массами; глаза стали зеленоватыми, как у того, кто впадает в обморок. Скончался после пяти дней; жар был легкий.

34. (См. Эп. V, 96). У Авделла, раненного в спину, вышло с шумом много воздуха через рану, и было кровоизлияние;   перевязанный   «кровоостанавливающим   средством», он выздоровел. То же случилось с Диехитасом.

35. (См. Эп. V, 97). У ребенка Филия, у которого на   лбу   было   обнажение   кости,   появилась   лихорадка на девятый  день, потом  кость стала синеватой; ребенок скончался. То же самое было у ребенка Фания и у ребенка Эверга; когда кости становились синеватыми и появлялась лихорадка, кожа отделялась от кости, и гной оставался некоторое время на месте; когда была применена трепанация, то из самой кости вышел ихор—тонкий, серозный, несколько желтый, зловонный, смертельный. В этих случаях  появлялись  также  рвоты, спазматические симптомы в конце, иногда громкие крики, иногда параличи: слева, если рана была справа; справа,—если рана слева. Ребенок Феодора, выставленный на девятый день на солнце, получил лихорадку на десятый день вследствие обнажения  кости,  которое  было, можно сказать, ничтожно; во время лихорадки кость стала черной, кожа отделилась; много   раздирающих криков; на   двадцать   второй   день живот опух,—особенно  в области подреберий;  на  двадцать третий день  ребенок скончался.  Те,  у кого кости (черепа) переломлены, получают лихорадку обыкновенно на седьмой день и раньше, если время года жаркое, и тотчас же, если перелом очень значителен. Так оно шло у мальчика Экзармода: боль в бедре (но не со стороны раны), оглушительные   крики,   боль   шеи.   У   Посейдокреона— то же самое: на третий день судороги; лихорадочный жар не оставлял его;  он скончался на восемнадцатый день. Мальчик Изогора был ранен сзади в голову; кость была ушиблена и почернела на пятый день; раненый выздоровел; кость не отошла.

36.  (См.   Эп.   V,   74).   У   управляющего   большим кораблем, у которого   указательный палец и кость правой руки были раздроблены якорем,  наступило воспаление, гангрена и лихорадка. Он был умеренно очищен на пятый день; жар и боль уменьшились; от пальца что-то отдели лось.  После седьмого дня вышел незначительный ихор; потом раненый жаловался на язык, говоря, что не может все выговаривать. Предсказание, что наступит опистотонус. Челюсти сомкнулись одна с другой; потом шея стала ригидной; на третий день больной был весь сведен назад с потом. На шестой день после предсказания он умер.

37.  (См. Эп. V, 75). Телефан, сын вольноотпущенной Гарпал, получил укол большого пальца ноги; воспаление и значительная боль. Когда боль утихла, человек пошел в поле; там почувствовал боль в пояснице;  выкупался. К   ночи   челюсти   сомкнулись,—появился   опистотонус. Пенистая слюна едва проходила через зубы. Умер на третий день.

38.  (См. Эп. V, 76). Зенон, сын Дамона, имел около лодыжки берцовой кости рану вблизи сухожилия,  уже почти   чистую.    Вследствие    раздражающего   лекарства он умер от опистотонуса.

39.  Дейнон при восхождении Арктура, будучи ослаблен с прежнего времени летней лихорадкой и поносом, утомившись ходьбой,  был охвачен болью в левом боку и кашлем; кашель, обязанный истечению, существовавший и раньше, стал еще сильнее; бессонница; больной с самого начала очень плохо переносил лихорадку и лежал в посте ли. На третий день—желтая мокрота; в трахее слышалось нечто вроде хриплого свиста. К пятому дню—достаточно частое  дыхание;   ступни,  голени,  вообще  конечности,—холодные; выделения желудка с самого начала сделались желчными, не будучи ни очень малыми, ни очень обильными.    На  седьмой,   восьмой  и девятый  день  больной, казалось,   чувствовал  себя  легче;   появился  небольшой сон,  и мокрота  была менее  плохого  вида.   На  десятый и до тринадцатого дня она была очень белой и чистой, и правое подреберье стало более мягким, но левое  натянулось; дыхание стало   более легким,   суппозиторий вызвал умеренный стул. На тринадцатый день больной снова отхаркивал   желтые   материи,   на   четырнадцатый—еще более желтые, на пятнадцатый—зеленые; стул был зловонный,   желчный,   жидкий,   обильный;   левое   подреберье опухло и на шестнадцатый день стало очень вздутым; дыхание хрипящее; пот на лбу и шее, редко на груди; конечности и лоб оставались достаточно холодными; биение вен в висках   продолжалось.  Коматозный сон в последнее   время и днем, и ночью; моча сначала—не переваренная, пепельного цвета; с десятого и до тринадцатого—тонкая и не обесцвеченная, но с тринадцатого—такая же, как вначале.

40.  У Клеоха—боль в боку и лихорадка; лихорадка уменьшилась; был общий пот; в моче плавало много взвешенных частиц, затем она мутнела.

41.  Около захождения Плеяд жена Олимпиада, беременная на восьмом месяце, получила после падения острую лихорадку; язык был обожжен, сух, терпок, желт; глаза— желтые, мертвенного цвета. Женщина выкинула на пятый день;  освободилась  легко;   сон,  невидимому,   был коматозный; вечером она не чувствовала, как ее будили, но на чихательное  откликнулась; питье и отвар она приняла; глотая питье, она немного кашляла; голос не разрешался, и состояние  нисколько  не   облегчалось;  глаза с потупленным   взором;   поверхностное   дыхание,   производимое через ноздри; плохой цвет; пот на ступнях и голенях при приближении смерти. Женщина скончалась.

42. У наложницы  Николая при горячей лихорадке сделались паротиты с двух сторон; один несколько спустя после другого, когда уже лихорадка, казалось, ослабевала. Эти опухоли к четырнадцатому дню были большими; они опали без следа; рецидив; мертвенный цвет; шероховатый язык,  очень плотный,  несколько   белый;  жажда; обильные, жидкие и зловонные отделения в течение всего времени болезни. Перед кончиной тело сильно исхудало вследствие  большого  количества  извержений.  Женщина скончалась к двадцатому дню.

43.  У  Андрея  перед  восхождением  Плеяд—мелкая дрожь,   лихорадка,   рвота;   вначале   лихорадка  казалась полуторадневной.  На третий день во время пребывания на  площади у больного снова  появилась дрожь;   острая лихорадка; рвота чистой желчью; бред к ночи; потом снова облегчение. На пятый день—тяжелое состояние. На шестой больной   был   хорошо   очищен   линозостом.   На седьмой день—ухудшение;  в следующие дни лихорадка приняла более непрерывный характер; сначала—отсутствие пота; жажда; рот был особенно сух и не принимал с удовольствием никакого питья, так как во рту был очень неприятный вкус;  язык сухой,  плохо выговаривающий;  на нем образовались    неровности    бело-желтого   цвета;   бессонница, беспокойство;  расслабление;  утомление; язык иногда заплетался вследствие сухости, если не   смачивался; больной   принимал   главным   образом   ячменный   отвар. На девятый или десятый день около левого и около правого уха появились небольшие опухоли; они незаметно исчезли; моча в течение всего времени была не бесцветная, но без осадка. На четырнадцатый день выступил небольшой пот в верхних частях; жар не был смягчен; он спал около семнадцатого дня. Желудок после первых десяти дней закрепился: без суппозитория не было действия. Около двадцать пятого дня появилась на всем теле зудящая горячая высыпь, как от ожогов. Была боль подмышками и в боках; она спустилась к ногам без знака и прекратилась. Ванна приносила облегчение так же, как и натирание уксусом. На втором или, быть может, на третьем месяце боль почед, бывшая когда-то раньше, утихла.

44.  У Аристократа  около  зимнего  солнцестояния—утомление, мелкая дрожь и жар;  потом на третий день боль в боку и пояснице; образовалась опухоль, начинавшаяся подмышкой и распространявшаяся по всему правому боку, твердая, красно-синеватая, как будто обожженная огнем.   Тошнота,   тягостное   состояние,  большая жажда, несколько белый язык, отсутствие мочи, несколько холодные   ноги;   линозост    вызвал мало обильные  выделения жидких, беловатых, пенистых  веществ.   Ночью  дыхание становилось   поверхностным;   выступал   небольшой   пот вокруг лба; нижние конечности холодели; беспокойство; шея надулась; кашля не было. Больной скончался в со знании.

45.  У   Мнезианакта   около   осени   была   офталмия, потом четырехдневная лихорадка; в начале четырехдневной лихорадки явилось полное отвращение к пище, но поз же больной ел с удовольствием; то же самое относительно пищи было у Полихареса при четырехдневной лихорадке. Перед лихорадкой у Мнезианакта были выделения, продолжавшиеся после лихорадки еще долгое время,—выделения обильные, белые, слизистые, и иногда к ним присоединялось немного крови без напряжения и боли; урчаниев животе. После лихорадки образовалась в седалище твердая опухоль, долго остававшаяся несозревшей; она прорвалась в кишку и стала снаружи фистулезной. Расхаживая по рынку, он перед глазами увидал сверкание; он совершенно не видел солнца; отойдя немного в сторону, он почти потерял сознание и ощутил спазмы в шее. Перенесенный в свой дом, он едва мог различать предметы и с трудом пришел в себя; сначала он осматривал  стоящих  вокруг него; тело у него было очень холодное, и он едва был согрет посредством мехов и горячих приспособлений под постелью. Когда он пришел в себя и встал, то не хотел выйти и говорил, что боится; если кто разговаривал об опасных болезнях, он удалялся со страхом; говорил, что иногда испытывает жар в подреберьях и что у него постоянно сверкает перед глазами. Стул был обильный и частый и оставался таковым в течение зимы. Больному пускали кровь, очищали чемерицей; коровье молоко и раньше ослиное были полезны и остановили стул. Вода для питья на первых порах, прогулки и очищение головы.

46.  Сын Анехета испытал то же. Зимой в бане, когда он натирался перед огнем, ему стало жарко, и он внезапно упал при эпилептических судорогах: когда судороги прекратились, он озирался вокруг себя и не был в сознании. Когда  же,   наконец,  он пришел в  себя  на  следующий день, утром,—он был вновь охвачен судорогами, но пены не было. На третий день язык плохо ворочался; на четвертый день язык дал некоторые признаки болезни: больной запинался,   не   мог  говорить,   останавливаясь  в  начале слов. На пятый день язык был поражен сильнее; стали появляться судороги   и больной   терял сознание; когда это проходило, язык с трудом возвращался к прежнему состоянию.   На шестой день  больной воздерживался  от всего—и от ячменного отвара, и от питья; никаких приступов больше не было.

47.  У   Клеоха  вследствие усталости и упражнений и после того, как он употреблял в течение  нескольких дней мед, появилась опухоль в правом колене, особенно в нижней части вокруг сухожилия под коленом. Он ходил, немного прихрамывая; икра опухла и сделалась твердой, так же как ступня и лодыжка с правой стороны; на деснах возле   зубов  появились  припухлости  величиной с вино градины,   синеватые, черные,   безболезненные,   пока   он не   принимал   пищи;   ноги   также   были   безболезненны, когда  он не  стоял;   опухоль  достигла  уже  левой ноги, но там она была меньше. Опухоли вокруг колена и ступ ней легко уступали давлению, как будто они содержали гнойную материю.  В конце концов, больной не мог становиться на пятку и лежал в постели. Иногда обнаруживался   лихорадочный   жар;   отвращение   к пище,  малая жажда; больной не вставал даже для выделения   стула, был беспокоен и иногда впадал в обморочное  состояние. Была прописана чемерица; очищение головы; для рта порошок ладана с другими составными смешанными частями оказался полезен; для изъязвлений во рту был полезен » отвар из чечевицы. Около шестидесятого дня опухоли разрешились после вторичного предписания чемерицы; в коленях во время пребывания в постели появились боли; жидкость и желчь отложились в коленях еще за несколько дней до предписания чемерицы.

48.  (См.  Эп.   F,   92).  У  Пизистрата   была  боль и тяжесть в плече, которые долго продолжались, не мешая прогуливаться и в остальном чувствовать себя здоровым. Зимой он был охвачен значительной болью в боку с жаром, кашлем и отхаркиванием пенистой крови;  сверх того— хрипение  в горле;  но  больной хорошо  переносил свою болезнь  и был в  полном сознании.  Жар  прекратился, а с ним и отхаркивание, и хрипение, и к четвертому или пятому дню больной выздоровел.

49. (См. Эп. V, 103). У жены Сима, после того как она была встряхнута при родах, появилась боль в груди и боку, кашель, лихорадки, гнойные отхаркивания; развилась чахотка; лихорадки—в течение шести месяцев; постоянный понос;   к  концу лихорадки прекратились,  после чего желудок закрепился; семь дней спустя она скончалась.

50.  И жену Евксена после паровой ванны жар, невидимому, не оставлял ни на минут»у, усиливаясь преимущественно к вечеру; поты появлялись по всему телу; когда лихорадка усиливалась, ступни, иногда голени и колени, холодели; небольшой сухой кашель, возникавший в течение короткого времени в момент, когда лихорадка начинала усиливаться, и затем прекращавшийся; через долгие промежутки появлялась также дрожь во всем теле; жажды не  было совершенно.   Когда  больная выпила лекарство и   сыворотку,   ее   состояние   обострилось.   Вначале   она не чувствовала никакой боли и хорошо дышала; позднее появилась   боль  в   правом  боку;   кашель   возобновился; астма; небольшие отхаркивания—белые, немного тонкие; мелкая дрожь, идущая уже больше не от ног, но от шеи и спины; понос.  Лихорадка ослабела с большим потом, и тело охладело; астма перемежалась; больная скончалась в сознании на седьмой день после прекращения лихорадок.

51.  У  жены Полимарха лихорадка  также  началась летом и оставила ее на шестой день, но женщина после этого стала чахнуть; по ночам—лихорадочный жар; после интермиссии лихорадка вновь охватила ее и не оставляла уже в течение около трех месяцев. Частый кашель; отхаркивание слизью; начиная с двадцатого дня, дыхание держалось постоянно частое; шумы в груди, большая -часть времени—пот; утром лихорадка бывала более умеренной; иногда женщину охватывала мелкая дрожь; сон сохранялся; по временам расслаблялся желудок, потом закреплялся; аппетит был удовлетворительный. В середине болезни явилась боль в коленях и голенях; нужно было, чтобы кто-нибудь другой их сгибал и разгибал; это состояние голеней продолжалось до конца, уже приближавшегося; ступни опухли до голеней; при прикосновении они были болезненны; поты прекратились, как и дрожь; лихорадка возрастала непрерывно. Перед концом—сильный понос. Сознание сохранялось до конца; за три дня до конца—хрипение в горле, по временам прекращавшееся. Женщина скончалась.

52. У ребенка Гегезиполиса в течение приблизительно четырех месяцев была около пупка боль, которая его грызла; с течением  времени   боль увеличилась; ребенок бил себе живот, рвал волосы; его охватывал жар, он чах; от   него   остались   одни  кости;   ножки и яички опухли; живот и части вокруг пупка вздулись, как утех, у которых желудок готовится расстроиться; ребенок потерял аппетит,—пил только свежее молоко; перед концом желудок расслабился; вышел с кровью серозный зловонный ихор; живот   воспалился;   ребенок  скончался,   после  того  как выделил со  рвотой в малом количестве  незначительные слизистые  материи,  которые,  казалось,  имели сходство с порождением плоских червей. Когда ребенок скончался, шов головы чрезвычайно запал. Уже в течение болезни ребенок   беспрерывно   касался   рукой   темени,   особенно перед концом, однако голова у него не болела; в левом бедре часть, расположенная под пахом, стала синеватой; накануне, вероятно, опухоль яичек исчезла. То же самое случилось с ребенком Гегеторида; у этого перед концом были только более частые рвоты.

53.  Сестра Гиппия, получившая зимой френит, обезумела; действуя руками, царапала самое себя. На пятый и шестой день в ночь—потеря голоса, кома; больная надувала во время дыхания щеки и губы,  подобно спящим. Она скончалась около седьмого дня.

54.  У Асандра после мелкой дрожи была боль в боку, в коленях и в бедре; после еды у него появился бред. Он быстро скончался.

55. У кожевника Клеотима был понос в течение долгого  времени;  появился жар,   и в  печени образовалось возвышение в виде опухоли, спустившееся к подчревыо; желудок расслабился; другая опухоль развилась в печени вверху в подреберье; скончался.

56.   (См. Эп. V, 102). Те, у которых бывает жестокая головная боль с жаром,  даже если боль занимает только половину головы, и вытекает  из  головы  какая- ни будь тонкая переваренная влага через ноздри, через уши или через горло, подвергаются меньшей опасности; у кого же эти части остаются сухими и воспаление сильное,  находятся в большей опасности.  Если же к этому присоединяется  еще  беспокойство, рвота желчью, неподвижность глаз или потеря голоса, если больной говорит лишь изредка или у него какой-нибудь бред, то это смертельно  и соединено с судорогами. У тех же, кто   вследствие   истечения   страдает половиной   головы и у кого жидкость   вытекает  через   ноздри,   в  случае   лихорадки лихорадочный жар почти совсем пропадает на пятый или на   шестой   день.

57.  У   Эхекрата,   слепца,   жестокая   боль   головы, в особенности в задней части и в шее, в месте соединения головы,  распространялась до темени,  а позже достигла даже   левого   уха;   половина   головы   была   болезненна; непрерывно   вытекали    слизистые    материи,   достаточно  пережженные;   держался   легкий   жар;   потеря   всякого аппетита; днем больному было лучше, но ночь страдал. Когда гной прорвался через ухо, все успокоилось; прорыв гноя произошел зимой. Не бывают ли боли ночью при всех вообще нагноениях и нагноениях глаза?

58.  (См. Эп.  V,  73). Кто, кашляя зимой, особенно при южном ветре, и отделяя густые и обильные материи, получает лихорадку, тот обыкновенно легко освобождается от нее на пятый день; что касается кашля, он прекращается к сороковому дню,  как у Гегезиполиса.  Те,  у кого легкий  жар  с   интермиссиями,   освобождаются  от   него после пота—не всего тела целиком, но либо шеи и подмышек, либо головы.

59.  Харес,  пораженный  зимой  эпидемическим кашлем,  получил острую  лихорадку;  он сбрасывал с  себя одеяла; появилась мучительная кома; красная моча, как после мытья чечевицы; осадок с самого начала обильный и белый, а потом даже немного красный. На седьмой день суппозиторий вызвал немного выделений; кома держалась, но без болей; влажность на лбу; ночью—сон и более умеренный жар. На восьмой день больной получил процеженный ячменный отвар; кома держалась до одиннадцатого. Именно в этот день жар особенно понизился, но остался кашель; мокрота все время оставалась обильной, легкой, сначала клейкой, белой, густой, но после созревания—похожей на гнойную материю; моча, начиная с одиннадцатого дня, пошла более чистая; осадок— неровный. На тринадцатый—боль справа, распространяющаяся до боковой части под чревья; задержание мочи; хорошее действие имело питье каллифилла. На пятнадцатый день—снова боль; на шестнадцатый ночью боль подреберья больше распространилась на живот; больной был очищен водой курзелья. Лихорадочный жар исчез в двадцать дней, а густая, но легкая экспекторация держалась до сорокового.

60. (См. Эп. V, 64). Очищать желудок при болезнях нужно или тогда, когда влаги переварены, или на пятый день: низом, если ты видишь  его закрепленным, а  признак этого, если у больных нет тошноты или тяжести головы и жар весьма умерен и падает после пароксизмов; верхом же—во время пароксизмов, ибо тогда они (болезненные влаги) поднимаются сами по себе, так как у больных бывает тошнота и тяжесть в верхних частях.  Поэтому не следует очищать в начале болезни, так как в это время бывают самостоятельные извержения; иначе есть опасность хронической болезни.

61.  (См. Эп. F, 65). Если локоть поранен от падения, в предплечье бывает воспаление и нагноение. Если созревание   уже   наступило,   оттуда   выдавливается   клейкий и вязкий ихор; он быстро останавливается, как у Клеогениска   и   Демарха,   сына   Аглаотелеса;   бывают   случаи, совсем подобные, когда не образуется гноя, как это было у сына Эсхила. Большинство тех, у которых было нагноение, страдали ознобом и лихорадкой.

62.  У   Алкмана,   оправившегося   после   поражения почек, когда его очистили низом и пустили кровь, болезнь обратилась кверху на печень. Жестокая боль в сердце; задержка дыхания    от боли; желудок только с трудом выделял маленькие экскременты, похожие на помет козы; тошноты не было; иногда появлялась дрожь, лихорадка, пот и рвоты; во время боли клизмы из морской воды не помогали, но помогали клизмы из отвара отрубей. Больной воздерживался от пищи в течение семи дней, пил чистый меликрат, потом чечевичный отвар, иногда легкую кашицу; после он пил воду, потом ел вареного щенка, очень немного мазы, давно уже испеченной; впоследствии еще куски воловьей шеи или вареное свиное мясо с ноги. Накануне—вода для питья; быть покойным и укрытым; при болях почек — клизма из отвара дикого огурца.

63.  (См. Эп. V, 66). У сына Пармениска наступила глухота.  Надлежало  не применять промывания, чистить шерстью и вливать только оливковое  масло или масло горького миндаля,  гулять, вставать рано, пить белое вино, воздерживаться   от   зеленых   овощей,   питаться   хлебом и рыбами из-под скал.

64.  (См. Эп. F, 67). У жены Аспазия—сильная боль зуба   и   челюсти;   употребив   полосканье,   составленное из бобровой струи и перца, она держала его во рту и была облегчена. Она была облегчена также от странгурийного поражения с помощью пессария, составленного из муки и  розового  масла.   Бобровая  струя  прекращает острые головные   боли,  происходящие   от   матки.   Большинство поражений матки производит метеоризм; признаком служат отрыжки, шум в животе, набухание поясницы, боли вокруг почек и бедер.  В  этом случае полезно сварить в белом душистом вине треть  ароматных  трав с двумя частями муки, вылить на тряпочку, размазать и прикладывать в виде припарки на ту часть живота, где бывают боли от матки.

65. (См. Эп.  V, 68). Сыну Каллимедона, имевшему опухоль    на    шее—твердую,     большую,     несозревшую, но болезненную, было бы полезно пустить кровь из руки, сделать припарку из поджаренного льна, смоченного белым вином и напитанного маслом,—не горячую  и не очень проваренную;   или  же  сварить   в  уксусомеде  греческое сено, ячменную или пшеничную муку.

66.  (См. Эп. V, 69). Мелесандру, когда у него была охвачена   болью   десна  и  очень   опухла,   пустили кровь из руки. Египетские квасцы в разгаре болезни действуют стягивающим образом.

67.  (См. Эп. V, 79). У Эвтихида было холерное заболевание  закончившееся тетаническими симптомами в ногах; в то же время, когда у него был понос, его рвало в течение трех дней и трех ночей обильной темной и очень красноватой желчью; при рвоте он пил; он был слаб; его тошнило; он ничего не мог в себе задержать, даже сок граната; прекращение мочи и кишечных извержений; рвотой выделилась мягкая дрожжевидная масса, и ею же было извержение низом.

67 . (См. Эп. V, 70). Водяночный должен утомляться, потеть, есть хлеб, не пить много, мыть голову обильной, не горячей, но теплой водой; употреблять белое вино; не спать много.

68.  У Калигения   в   возрасте  около двадцати пяти лет катарр: частый кашель, отхаркивания с трудом; ничего низом; так длилось четыре года; вначале был легкий жар. Чемерица не принесла пользы; было полезнее немного есть, похудеть, есть хлеб, пить черное вино, употреблять лакомые блюда, какие хочется, воздерживаться от едких, соленых, жирных веществ, сока сильфиона, сырой зелени и много гулять. Питье молока не было больному полезно, но  полезно  было  пить кунжут—чистый,   сырой—в  дозе одного оксибафа (0,0675 л) с мягким вином.

69.    (См. Эп. V, 72). У Тимохара зимой был катарр, в   особенности  в   носу;   после   полового   сношения   все высохло;   усталость;   появился   жар;    тяжелая   голова, обильный пот головы,  распространившийся на все тело; больной немало потел  даже с улучшением здоровья; на третий день выздоровление.

70. (См. Эп.   V, 51).   Сын  Клеомена  начал  болеть зимой; потеря аппетита; угасал без лихорадки; мальчикарвало пищей и слизью; отвращение к пище продолжалось два месяца.

71. (См. Эп.  V, 52).  Повар в Аканфе оглох после френита; никакое чистительное не шло впрок; ему подходило пить красное вино,  есть хлеб,  воздерживаться от бань,  делать  умащиванье и  в  то  же время натиранье, пользуясь для этого небольшим, но легким огнем.

72. Те, у  которых  глаза  имеют  тонкие  и хронические истечения,  бывают облегчены, когда переваренные вещества вытекают через нос.

73.  Когда   беременные   женщины   испытывают   боль после  падения  или  спазма,   или  удара,—для  них  уже в  три последующих  дня  обыкновенно  становится ясно должны ли они выкинуть.

74. (См.  Эп.   F,  53).  У жены Сима  был выкидыш на  тридцатый  день после того,  как она  выпила что-то по указанию или сама  по  себе;  появилась боль, рвота желчными, обильными желтыми, зеленоватыми и черными материями, когда женщина пила. На третий день—спазмы; больная кусала  себе язык.  Я посетил  ее на четвертый день: язык у нее был черный, большой, белки глаз красные; бессонница. Больная умерла на четвертый день ночью.

75.   (См. Эп. V, 56). Питоклес давал больным воду, молоко, смешанное с большим количеством воды, и тем питал их.

76.  При отмораживаниях надо скарифицировать, держать ноги в тепле,  согревать   их   насколько возможно огнем и водой. Для глаз чечевица плоха; у кого больны эти органы—давать сладкие фрукты, зеленые овощи. При болях поясницы, бедер или ног, происходящих от усталости, делать горячие припарки из морской воды и уксуса, смачивая  губки,  или прикладывать намоченную  губку, обвязав ее мокрой шерстью и кожами ягнят.   Майоран в питье плох при поражениях глаз и зубов.

77. (См.   Эп.   V,   55).   Молодая   девушка,   упавшая с высоты, потеряла голос; сильное беспокойство; ночью—• рвота; вышло много крови, так как падение было на левое ухо;   пострадавшая   с   трудом   проглатывала   меликрат; хрипение; частое дыхание, как у умирающих; напряженные вены лба; лежание на спине; горячие ноги; значительная лихорадка; с обострением лихорадки положение ухудшилось. На седьмой день появился голос; жар спал и девушка выздоровела.

78.  У   Онизантида   была   боль   плеча,   появившаяся летом вследствие отложения. Надо купать тело и плечо в море, насколько возможно дольше, в течение трех дней; пить водянистое белое вино,  лежа в море,  и мочиться в море.

79.  Сукновалялыцик в Сире был поражен френитом, за которым последовала горячка с дрожанием; цвет ног, как будто они искусаны комарами; глаза широко открыты; слабое движение; разбитый, но ясный голос; чистая, не имеющая осадка моча; не вследствие ли очищения тапсией? На восемнадцатый день больной встал с улучшением, без пота.

80.  То же самое было с Никоксеном в Олинфе; на седьмой день лихорадка в связи с потом ослабела;  больной получил   ячменные   отвары, вино,   виноград,   сушенный на солнце. Я пошел к нему на семнадцатый день: горячка; язык также воспаленный; наружный жар не очень сильный;   чрезвычайное   расслабление   тела; голос разбитый, с трудом слышимый, однако ясный; впавшие виски; ввалившиеся  глаза;   ноги мягкие и горячие; натяжение со стороны селезенки; клизма переносилась с трудом; жидкость выливалась; ночью вышло небольшое количество компактных фекальных масс и несколько крови,  которую,  как я думаю, вызвала клизма; моча—чистая, светлая; лежание на спине; ноги раздвинуты вследствие слабости; полная бессонница. В течение двадцати дней лихорадочный жар угас. Вначале больной получал как питье воду с мукой, иногда яблочный и гранатовый сок, смешанный с отваром жареной чечевицы,   принимаемый холодным; вода от промывания  муки,   вареная  и  холодная;   легкий  ячменный отвар. Больной поправился.

81.  (См. Эп. F, 50). У сукновалялыциков появились около лобка твердые и безболезненные опухоли (бубоны) подобные же большие опухоли образовались  и на  шее; лихорадка;   еще   раньше   был   кашель   после   разрывов. На  третий или четвертый  день  живот  запал;   появился жар; сухой язык; жажда; плохие выделения на низ; заболевшие умерли.

82.  (См. Эп. V, 71). Холерные симптомы появляются, когда употребляют мясо, особенно недоваренное свиное, и  горох, опьяняются старым душистым   вином,   подвергаются действию солнца, едят каракатиц, крабов и омаров, зеленые овощи,  особенно порей и лук,  и еще вареный латук, капусту, сырой щавель, пироги, сладости на меду, фрукты,   дыню,   пьют   смесь   вина   и   молока,   питаются чечевицей и свежей мазой. Холерные симптомы появляются преимущественно летом, как и перемежающиеся лихорадки. Те, у кого бывает мелкая дрожь, находятся в плохом   состоянии   здоровья   и  впадают  в   острые  болезни, но против этого надо принимать меры; в этих болезнях особенно знаменательны пятый, седьмой и девятый дни, но лучше беречься до четырнадцатого.

83.   V Ферекида после зимнего солнцестояния ночью возникла  боль   в  правом  боку,   которую   он  испытывал и раньше; она прекратилась; больной позавтракал; когда он вышел, у него появился озноб; ночью поднялась лихорадка; боли не было; небольшой кашель с сухим выделением. Моча обильная с обильным осадком; вначале осаждались гладкие и рассеянные оскребки, но спустя четыре дня—мутные вещества; моча, дававшая этот отстой, была неплохого цвета, и осадок не показывался в сосуде, если этот стоял на холоду. На третий день желудок стал действовать сам по себе. На четвертый день после суппозитория появились фекальные и желчные испражнения с жидкостью вокруг. Ночью не было совсем сна, но больной немного спал днем; небольшая жажда, особенно на четвертый день ночью; кожа вокруг лба и на остальном теле—мягка и позволяет поднять ее; жар был меньше теплоты руки, и под рукой появлялась небольшая влага; лихорадка была нечувствительна; сильное биение вен на лбу; тяжесть на короткое время, когда больной поворачивался и когда удовлетворял свои нужды; боли обычно не было; на первых порах—тошнота и небольшие рвоты. На седьмой день суппозиторий вызвал три испражнения, желчных, фекальных, очень жидких и желтых; больной уже немного бредил, и лоб у него слегка был влажен; он прятал лицо под одеяло; обращал глаза в пустоту, как будто всматривался во что-то и потом их закрывал; снова сбрасывал с себя одеяло. На девятый день пот начался рано утром и распространился до груди; он продолжался до смерти; лихорадка возросла, как и бред; на лбу было больше всего пота, окраска кожи была очень нехорошая или бледная, и кожа под волосами была как бы покрыта точками; правое подреберье приподнялось; больной выделил под себя желчные испражнения. На восьмой день на коже появились как бы укусы комаров. Перед смертью больной отхаркивал нечто в роде грибков, образованных из слизи и окруженных белой слизью; раньше он отхаркивал немного белой мокроты молочного цвета.

84  после вечерней еды он почувствовал озноб во сне. Встал утром с тяжелой головой; мелкая дрожь; рвота; голова, как налитая; ночью—послабление, длившееся почти до середины дня; снова мелкая дрожь и тяжелая ночь. На следующий день—острая лихорадка; жестокая боль головы; рвота обильной желчью, почти совсем зеленой; все симптомы прекратились; ночью сон. Рано утром был значительный озноб, небольшой пот, влага почти по всему телу; больной указывал в течение короткого времени рукой на безболезненную опухоль со стороны селезенки, тотчас же рассеявшуюся. Ночью—бессонница; ко времени рынка лихорадка обострилась; беспокойство; головокружение; рези; головная боль; зеленоватая рвота, гладкая, клейкая, как слизь; к закату солнца все успокоилось; пот головы и шеи; после рвоты фекальный жидкий желчный стул не был ни черен, ни хорошей окраски. Ночь сносная, как и следующий день. Ночью—снова бессонница; утром те же рвоты, что и на следующий день, без тошноты; после пота боли головы прекратились; вечером все явления ослабли. На девятый день рвоты уже не было; жар усилился; в другие дни больной как будто не имел лихорадки; вены висков бились сильно; при отсутствии боли была постоянная жажда. На девятый день, когда больной сел на сиденье, у него был значительный обморок; суппозиторий вызвал вещества, подобные черным и желчным оскребкам, с фекальным цветом во всем выделенном; разбитый голос; тяжесть в связи с поворачиваниями; запавшие глаза; стянутая кожа на лбу; наряду с этим хорошее дыхание; спокойствие; больной почти все время лежал, повернувшись к стене; тело при лежании гибкое, согнутое и спокойное; язык—белый и гладкий. К десятому дню и после моча была красная вокруг, несколько беловатая по середине. На двенадцатый день суппозиторий вызвал стул, подобный желчи и оскребкам; после суппозитория обморок; потом рот высох; больной увлажнял его беспрестанно; если вода не была очень холодная, он говорил, что она горяча; для него был подходящим снег; после у него не было жажды; он все время сбрасывал одеяло со своей груди; не позволял, чтобы согревали его хламиду; огонь был удален и мал; краснота обеих челюстей; язык впоследствии ворочался плохо; жар возвращался в течение одного или двух дней; затем болезнь прекратилась.

85. (См. Эп. V, 80). У Андрофала потеря голоса и сознания; бред; по прекращении этого он жил еще многие годы; у него были рецидивы; язык оставался все время сухим; если бы его не увлажнять, больной не мог бы разговаривать; почти все время во рту держалась горечь; иногда появлялась также боль в сердце, которую разрешало кровопускание; вода в качестве питья; меликрат; больной принял черной чемерицы, но совсем не выделил желчи и был только немного очищен. В конце концов, он слег в постель зимой и тронулся в уме; поражения языка были те же; легкий жар, без боли; обесцвеченный язык; перипневмонический голос; больной сбрасывал с груди одеяло и требовал, чтобы его вывели наружу, как будто у него была нужда помочиться; он не мог ничего сказать явственно и не владел рассудком; его выводили наружу; он скончался ночью. Он провел в постели от двух до трех дней.

86.  (См. Эп. V, 81). Болезнь Никанора: когда он стремился на пир,  его пугало представление о флейтистке; как только во время пира он слышал первые звуки флейты, его охватывал страх; он говорил, что с трудом мог сдерживать  себя,  если это  была ночь;  но днем,  слыша этот инструмент,  он  не испытывал никакого  волнения: это у -него длилось долгое время.

87.  (См. Эп. F, 82). Демоклес, бывший с ним, казалось,  имел  затемненное  зрение и совсем  расслабленное тело; -он не мог, говорил он, ни пройти близ пропасти, ни через мост, ни перейти ров самый неглубокий из боязни упасть туда, но он мог итти по самому рву; это продолжа лось с ним некоторое время.

88.  (См. Эп. V, 83). Болезнь Феникса: с ним часто случалось, что в правом глазу у него как будто сверкала молния; через короткое время появлялась сильная боль в правом виске; потом во всей голове и в шее в том месте, где  голова   соединяется  сзади  с  позвонком;   натяжение и твердость   сухожилий, и если он двигал головой или разводил зубы, то испытывал боли от сильного сведения. Когда   бывали   рвоты,   они   отвращали   вышесказанные боли или умеряли их; его облегчало также кровопускание; питье чемерицы вело к выделению разнообразных  материй, особенно зеленоватых.

89.  (См. Эп. V, 84). У Пармениска и прежде бывал упадок духа, сильное  желание  уйти от жизни,  сменявшееся радостным настроением. Находясь в Олинфе осенью, он лишился голоса, но сохранил спокойствие и старался выговорить несколько слов, которые начинал с трудом; однако,   если   ему   и  удавалось   произнести   несколько слов, он вновь после этого терял голос. На него нападал то сон, то   бессонница;   молчаливое возбуждение; беспокойное прикладывание руки ц подреберьям, словно там чувствовалась боль; иногда, повернувшись к стене, он лежал совершенно  спокойно.  Никакой лихорадки у него не было, дыхание оставалось хорошим; в конце концов, он сам говорил, что узнает входящих лиц; что касается жажды, то иногда в течение целого дня и ночи он не принимал никакого питья, даже когда ему его предлагали, иногда же, схватив внезапно сосуд, выпивал из него всю воду. Моча густая и мутная. Около четырнадцатого дня болезнь прекратилась.

90.  (См. Эп.  F, 85).  Прислуга Канона, у которой боль началась с головы, рехнулась умом; крики; много численные жалобы;  редко  спокойствие.  Она  скончалась около сорокового дня;,,  за  десять   дней до смерти   потеряла голос и имела судороги.

91. (См.  Эп.   V,  87).   Слуга  Тимохариса  от  таких же, по видимому, меланхолических приступов умер подобным же образом в те же самые дни.

92. (См. Эп. V', 88). У сына Николая около зимнего солнцестояния появилась после питья дрожь;  к ночи— лихорадка. На следующий день—желчная   беспримесная рвота  в небольшом количестве.   На  третий  день,  когда рынок был еще полон, появился на всем теле пот,—и лихорадка  прекратилась, но  немного   спустя больной  снова стал горячим; среди ночи поднялась дрожь, острая лихорадка. Днем в тот же час—пот, потом снова—жар; подобная же рвота. На четвертый день вода курзелья   вызвала хороший стул,  фекальный и жидкий, но зловонный; моча пепельного цвета, достаточно похожая на воду курзелья; осадка не было и мочи было немного; небольшие облачка плавали в ней; боли в левом подреберье и пояснице, которые, как он думал, происходили от рвоты; иногда двойное дыхание;  язык белый,  имеющий справа нарост в форме волчьего боба,  глубоко внедрившийся;  жажда; бессонница;   сохранившееся   сознание.   На   шестой   день правый глаз был больше, пока больной смотрел. На седьмой он скончался.  Перед концом в животе—метеоризм, и у умершего части позади покраснели.

93.  У  Метона  после   захождения  Плеяд  появилась лихорадка,   боль   в   левом   боку,   идущая   до   ключицы, столь сильная, что он не мог быть в покое и удерживал в себе слизь; испражнения—обильные и желчные.  Боль прекратилась приблизительно в три дня, жар же—к седьмому или девятому дню. Был кашель, экспекторация не была ни желчевидной, ни обильной, но слизистой. Кашель держался;   больной  принимал  кое-какую  пищу;   иногда Выходил, как будто здоровый; тем не менее по временам у него появлялся на короткое время легкий жар; небольшие поты установились ночью; учащенное дыхание во время жара; краснота щек; в боку тяжесть, распространявшаяся до подмышек и плеча. Кашель увеличился; рвотное вызвало желчные материи; на третий день после рвотного и в сороковой С начала болезни прорвался гной; очищение потребовало еще около тридцати пяти дней, и больной выздоровел.

94. У жены Феотима при полуторадневной лихорадке  тошнота,   рвота,   мелкая  дрожь   в  начале  лихорадки и жажда; по прошествии некоторого времени и при начале лихорадки чрезвычайный жар.  После того как больная выпила  медового напитка и ее  вырвало,  мелкая дрожь и тошнота прекратились; позже она приняла гранатовую воду.

95.  (См. Эп. V, 89). У сестры Диопейта при полуторадневной лихорадке сильная   кардиология в момент при ступа,   длившаяся   целый   день;   головная   боль.   То   же самое   было   и   с   другими   женщинами   при   захождении Плеяд. Эти симптомы  были реже у мужчин.

96. У жены Апомота при полуторадневной лихорадке   около   восхождения   Арктура    сильная    кардиология во время припадка; рвота; в  то  же  время  истерические задыхания и боли в спине, по длине позвоночника; когда они появились там,  кардиалгия прекратилась.

97.   Мать   Терпида   из   города   Дориска   вследствие падения близнецов выкинула на пятом месяце; от одного  из плодов, заключенного в оболочку, она была освобождена тотчас же; от другого же ее освободили не то немногим раньше, не то немногим позже сорока дней.  Потом она вновь забеременела. На девятый год она была пора жена сильными   болями   в   животе, длившимися   долгое время;   иногда  они  начинались   с  шеи  и  позвоночника, спускаясь в подчревье и к пахам, иногда они начинались с правого колена и заканчивались в том же самом месте; когда они были около живота, желудок становился метеоричен; а когда они прекращались, наступала кардиология; задыхания не было;  когда   появлялась боль,  тело было так же холодно, как если бы оно лежало в воде.  Боли распространялись на все тело, но более умеренные, чем вначале. Чеснок, сильфион, все едкие вещества не облегчали, также ни сладкие, ни кислые, ни белые вина.  были черные вина и иногда ванны. Вначале появлялись ужасные рвоты и потеря аппетита, а во время болей не показывались месячные.

98.  У  жены  Клеомена   около   времени,   когда   дует Зефир, возникла   вследствие  тошноты   и усталости   боль в  левом  боку,   начавшаяся  с  шеи  и  плеча;   лихорадка, мелкая дрожь и пот. Как начался жар, так и не прекращался, но даже возрастал; сильная боль; кашель; кровавая, желтая, обильная зкспекторация; язык белый; стул жидкий,  умеренный;  моча  желчная.   На четвертый день ночью появились в изобилии месячные; кашель прекратился,   так  же как  экспекторация  и боль;   остался  только небольшой лихорадочный жар.

99.  (См. Эп. V, 90). У жены Эпихарма перед родами была дизентерия; сильная боль, кровавые слизистые выделения; тотчас после родов женщина выздоровела.

100.  (См. Эп. V, 91). Жена Полемарха, у которой было артритическое поражение, испытала внезапную боль в бедре из-за не появления месячных. Выпив свекловичной воды,   она  была без голоса  всю ночь  до  середины  дня; она  слышала,  понимала и показывала  рукой,  что  боль в бедре.

101.   Сестру Клиния уже в пожилом возрасте рвало—что бы она ни приняла—кровавыми веществами в течение сорока дней без лихорадки; были отрыжки; а когда это прекратилось,  чувство    задыхания   достигло  сердца. Бобровой  струей,  соком  горного  укропа  и граната  все было  остановлено;  умеренная  боль перенеслась на бок. Сок цветной луковицы; вяжущее вино, смешанное с молоком; очень маленькие хлебцы с маслом.

102. У дочери Павзания, съевшей сырой гриб, поднялась тошнота, задыхание, боль в животе. Пить горячий медовый напиток и выделять рвоту оказалось для нее полезным, как и горячая ванна; в ванне ее вырвало грибом, и когда болезненные явления были на исходе, она сильно вспотела.

103.   (См.   Эп.   V,   92).   Эпихарм  около   захождения Плеяд почувствовал боль в плече и значительную тяжесть в руке; тошнота, частые рвоты; вода для питья.

104.  (См.  Эп.  V,  93).  У ребенка Эвфрона высыпи, подобные укусам комаров.

105.  (См. Эп. V, 94). После Зефира господствовала засуха   до осеннего равноденствия;   во время   созвездия стояли удушливые жары, горячие ветры; лихорадки с потом, при которых тотчас после пота возобновлялся жар. У многих были опухоли около уха: как, например, у старой бессийской женщины на девятый день, у молодого человека, страдавшего селезенкой, сына служанки, около того же времени при поносе, у Ктезифона приблизительно в седьмой день, около времени Арктура. Только у молодого человека паротиты нагноились, у мальчика же Эратилла они исчезли; у обоих—отсутствие пота, неповоротливый язык вследствие сухости. Северные ветры были сильные и холодные; иногда следом за хорошей погодой выпадал снег; после равноденствия южные ветры, перемешанные с северными; обильные дожди. Эпидемически нападали кашли, в особенности на детей; у многих были около ушей опухоли, как у сатиров. До этого времени зима бывала иногда очень суровой, со снегом, дождями и северными ветрами.

106.     У двухмесячного ребенка Тимонакта появились высыпи на ногах, бедрах, пояснице и подчревье и очень красные  опухоли.   Когда   это   прекратилось,   появились судороги    и   эпилептические   приступы   без   лихорадки в течение многих дней. Он скончался.

107. У сына Полимарха была в прежнее время эмпиема   с   отхаркиванием;  позже  у  него   сделались   жары; он был водяночным, страдал селезенкой; задыхался, поднимаясь на гору; без сил; с жаждой  и иногда даже почти терял аппетит; у него появился продолжительный сухой кашель; он чахнул, и когда нижний живот не освобождался, то верхний наполнялся, и астма и задыхание делались больше. Наконец, у него сделался катарр, появилось отхаркивание и кашель; мокрота густая, желчная и гнойная; сильная лихорадка, казалось, прекратилась; кашель более   умеренный и  отхаркивание чистое.   Возвратилась опять острая лихорадка, частое дыхание;  он скончался. Кроме того, у него был холод в ногах   и значительный озноб; дыхание после этого было более затруднено; моча  остановилась;  конечности оледенели. Он скончался в со знании на третий день после рецидива.

108.  Сын Фина во время горячечной лихорадки был подвергнут голодному режиму; он часто выделял стулом большое количество желчи, доходя до обмороков и обливаясь потом;  он  был очень  охлажден;   на   целый   день и ночь он потерял голос; влитый ячменный отвар он удержал в себе; он пришел в сознание; дыхание у него было хорошее.

109.  У сына Эпихарма после ходьбы и питья случилось несварение.   На   следующий   день   утром,   почувствовав тошноту, он выпил воды с уксусом и солью, и его вырвало слизью; потом его охватил озноб; находясь в жару, он принял ванну; у него поднялась  боль  в  груди.   На  третий день с утра у него была кома на короткое время; появился бред;   острая    лихорадка;    больной    тяжело    переносил болезнь; на четвертый день бессонница. Он умер.

110.  У Аристона,   у которого   был  изъязвлен палец ноги, была лихорадка и неясность речи. Гангрена достигла  колена;   он   погиб;   гангренозная  часть   была  черна, несколько  суха и зловонна.

111.  Тот, у кого была карцинома в горле, был прижжен и выздоровел от нашего лечения.

112.  Полифант в Абдерах страдал головной болью присильной лихорадке; моча тонкая, обильная; осадки густые и мутные; так как головная боль не прекращалась, то на десятый  день  больному  предписали  чихательные; после этого поднялась жестокая боль в шее;  больной выделил мочу красную, мутную, как у вьючных животных; он бредил, как бредят во время френита; он умер при сильных судорогах.  То  же самое   было   со  служанкой  Евалкида в Фазосе, которая  в течение долгого времени выделяла густую мочу и страдала головной болью; став френитичной, она умерла подобным же образом при сильных судорогах.   На   самом   деле, густая  и   мутная моча—верный признак сильной головной боли, судорог и смерти. Житель Галикарнаса, проживавший в доме Ксантиппа, страдал зимой ухом и головой довольно сильно; ему было около пяти десяти лет; вена была открыта по предписанию Мнезимаха; голова оказалась поврежденной после очищения и охлаждения; поскольку у него не было нагноения, он сделался френитиком; он умер; у него также была густая моча.

113.   (См. Эп. V, 100). В Кардии у сына Митродора после долгой   зубной боли  сделалась гангрена челюсти; сильное разрастание   дикого мяса   на   деснах;   молочные зубы и челюсть выпали.

114.  У Анаксенора в Абдерах было поражение селезенки и плохой цвет; случилось так, что опухоль, образовавшаяся на левом бедре,  внезапно исчезла;  несколько дней  спустя   в  области  селезенки  развилась  как  будто ночная пустула; к этому присоединилась опухоль, затверделость и краснота. После четвертого дня появилась горячая лихорадка; все стало синеватым вокруг и казалось гнойным; больной умер; до этого он был несколько очищен и находился в сознании.

115. Клонигос в Абдерах был нефритиком; он мочился кровью, понемногу и с большим  атруднением; он также мучился дизентерийным поражением. Ему давали  утром козье молоко, разбавленное пятой частью воды,  вареное, в дозе трех котилий (0,81 л); вечером—хорошо выпеченный хлеб; из овощей—свеклу, огурцы; легкое красное вино; давали  еще  дыню.   При  такой  диете  живот  закрепился и моча очистилась. Больной пил молоко до тех пор, пока моча не возвратилась  к естественному состоянию.

116. (См. Эп. F, 101). У женщины в Абдерах был рак груди такого рода: через сосок вытекала кровавая жидкость. Когда истечение остановилось,    женщина   умерла.

117.  У ребенка Диния в Абдерах, когда был произведен   умеренный   разрез   в   пупке,    осталась    небольшая фистула; иногда вполне развившийся глист выходил через это отверстие,   и  мальчик   говорил, что  во  время лихорадки   даже   желчные   материи   находили у него   здесь выход. Кишка   выпала   в  фистулу;   она   была   изъедена, как фистула; она разрывалась, и кашель препятствовал ей оставаться на месте.

118.     Ребенок Пифона в Пелле с самого начала был охвачен   жестокой   лихорадкой   с   большой   сонливостью и потерей голоса; сон был; желудок закрепился в течение всего времени. Суппозиторий, приготовленный с желчью, вызвал обильный стул, и тотчас симптомы уменьшились, но   вскоре живот   опять вздулся, лихорадка обострилась и сонливость осталась та же. Так как ничего  не   изменилось, то ребенку было дано лекарство из сафлора, лесного   огурца   и эвфорбии;   явились  желчные выделения, и кома тотчас прекратилась. Лихорадка стала более умеренной; общее состояние улучшилось, и болезнь разрешилась на   четырнадцатый день.

119.   Евдем сильно страдал селезенкой. Ему было предписано врачами много есть, пить легкое вино в небольшом количестве,   много   гулять;   его   состояние   не  менялось;

ему была пущена кровь; пища и питье—с предосторожностью; прогулки—по обстоятельствам; легкое черное вино. Больной выздоровел.

120.  У Филистиды, жены Гераклида, о самого начала появилась острая лихорадка и краснота лица без какой- либо ясной причины; немного спустя днем она была охвачена дрожью; больная   никак не могла согреться; у нее появились спазмы в пальцах ног и рук;   немного спустя она согрелась, выделила густую мочу с рассеянными об лачками; ночью спала.  На   следующий  день  у   больной снова   были   озноб и  несколько больший   жар, меньшая краснота, спазмы более умеренные, моча такая же. Она спала ночью с некоторыми перерывами,  без всякого тягостного состояния. На третий день  она выделила мочу лучшего   цвета,   давшую   небольшой   осадок;   в   тот  же самый   час у нее  был  озноб,   острая  лихорадка, общий пот ночью; к вечеру кожа приняла   желтушечный  оттенок;   больная спала   всю   ночь.   На   четвертый   день   из левой   ноздри   благоприятным   образом   вытекла    кровь; показалось в небольшом количестве  месячное   очищение в правильное время; снова в тот же час лихорадка обострилась; в небольшом  количестве  моча с компактными плавающими   в ней   веществами;   желудок—от   природы крепкий—стал еще крепче и  не  выделял  ничего,   разве только с помощью  суппозитория; больная   спала ночью. На   пятый   день—более   умеренная   лихорадка,   вечером общий пот, месячные истечения и ночью сон. На шестой день больная   выделила  сразу много мочи с компактны ми  плавающими в ней   веществами,   давшей   небольшой осадок    одинакового    цвета;    к    середине,    дня—легкая дрожь,  легкий   жар,   общий   пот;   ночью   сон.   На  седьмой день   у  больной  был   небольшой  жар;   чувствовала себя хорошо; общий пот; моча хорошего цвета; все разрешилось.

121.  (См. Эп. V, 95).   Тихон  при  осаде   Дата  был ранен   ударом   катапульты   в   грудь, и   немного   спустя у него   появился   бурный   хохот.   Врач, удаляя   дерево, как мне кажется, оставил железо в диафрагме. Так как раненый страдал, то врач велел ему принять лекарство, послабляющее на низ. Раненый мучительно провел первую ночь, но днем он показался лучше врачу и другим, так как он был спокоен. Предсказание: при наступлении судорог   он   быстро погибнет.   На   следующую  ночь—тягостное состояние,   бессонница;   лежание   большую часть времени на животе; на третий день   утром   раненый был охвачен судорогами и умер в середине  дня.

122- Евнух после охоты и бега становится водяночным. Живший около фонтана Элеалька, вследствие езды верхом, в течение шести лет имел опухоль в пахах, расширение вен и боли в бедрах. Имевший сухотку спинного мозга умер на седьмой день. Тем, которые выделяют недозревший гной—соленые вещества, соединенные с медом. Коитус—средство от дизентерии.

123.  У дочери Леонида природа, давши побуждение, отвратилась;   когда  она   отвратилась,  появилось  истечение  через  нос.  Когда  истечение  появилось,  произошло изменение. Врач его не понял; молодая девушка погибла.

124. Сын Филотима,  юноша, пришел ко мне   

 




Вверх
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Gorodskidok.uz
Сайт разработан ООО "Norma Hamkor". Все имущественные права на сайт принадлежат ООО "GISinfo".
Адрес: 100105, Узбекистан, г. Ташкент, ул. Таллимарджон, 1/1
Тел.: (998 71) 283-39-26; факс: (998 71) 283-39-23
E-mail: info@apteka.uz , admin@apteka.uz
Любое копирование материалов сайта возможно только с активной гиперссылкой на www.apteka.uz
Все товары, подлежащие обязательной сертификации, сертифицированы; лицензируемые услуги – лицензированы.
© ООО «GISinfo»; 2013. Все права защищены.