Семинары и конференции 2018
Спортивная медицина
Мед.товары на экспорт
Новости
Полезные статьи
Будь здоров!
Объявления
Отзывы и пожелания
Медицинские печатные издания
Последние объявления
25.11.18 Представительство иностранной фарм компании объявляет вакансии на должность...
22.11.18 ПРОИЗВОДИМ БАДы под заказ (для фарм компаний)
21.11.18 Grand Medical Group вакансия Глава Представительства
21.11.18 Регистрация лекарственных средств
21.11.18 REGMED.UZ оказывает услуги по регистрации (сдельно или на основе ежемесячной оплаты)!...
20.11.18 * Барча вилоятлар буйича! БИТТА ПРОДУКЦИЯ! Аник Стратегия! 4 млн.
20.11.18 ТРЕБУЮТСЯ МЕДИЦИНСКИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ по г.САМАРКАНД, НАМАНГАН, ГУЛИСТАН,ТАШКЕНТ и...
20.11.18 ПРОДУКТ МЕНЕДЖЕР В ТАШКЕНТ
Все обьявления
Опрос
Афоризм о здоровье
Пока у больного есть дыхание, говорят, есть и надежда.

Цицерон
Анекдоты
Мужик читает на столбе обьявление:
"Лечу от всех болезней".
Улыбается и говорит:
- Ни фига, от всех не улетишь.
Популярные теги
Стоматология, Вакцинация, Новый объект здравоохранения, Здоровье матери и ребенка, Научно-практическая конференция, ВИЧ/СПИД, Туберкулез, Выставки, Новости регионов, Рак, Мероприятия, проводимые в стране, Сердце, Новая разработка, Витамины, Благотворительность
Все теги
Наша кнопка
Код нашей кнопки
Прайс-листы
оптовых цен
Рекомендуем прочесть
Гороскоп здоровья
Вход в личный кабинет
Логин:
Пароль:
Регистрация
Биографии великих врачей

Медицинская практика

Профессор Ломброзо исследовал преступников с помощью прибо­ра «краниографа», предназначенного для измерения размеров частей лица и головы. На основе антропологического измерения осужденных Ломброзо пришел к выводу о существовании «прирожденного преступ­ника», обладающего особыми физическими чертами. По данным Лом­брозо, для человека с преступными наклонностями характерны, напри­мер, взгляд исподлобья, более резкое очертание лицевого угла, сплю­щенный нос, низкий лоб, большие челюсти, высокие скулы, редкие волосы на бороде и пр. Перечисленные особенности он относил к ата­вистическим чертам личности. На основании антропологических обсле­дований преступников им были разработаны специальные таблицы признаков прирожденных преступников. Чувствуется, что френология Галля оказала влияние на формирование взглядов Ломброзо.

Преступник, по мнению Ломброзо, - это дегенерат, отставший в своем развитии, который не может затормаживать свое криминальное побуждение. В этой связи в целях предупреждения преступлений он ре­комендовал выявлять людей с указанными им анатомическими особен­ностями черепа, лица и превентивно казнить или пожизненно заклю­чать в тюрьму, ссылая навечно на необитаемые острова и т.д.

Профессор Ломброзо не единственный, кто соблазнился идеей ти­пизации людей. Многие исследователи, занимаясь типологией, греши­ли переносом центра тяжести с одних факторов на другие, тогда как каж­дый фактор не менее важен, чем другой. В основе различного рода клас­сификаций, предложенных в разное время врачами и психологами (Гип­пократ, Гальтон, Юнг, Шелдон, Кречмер и т.д.), лежит иллюзия, что, ру­ководствуясь несколькими параметрами, факторами, можно определить наклонности человека и на этой основе прогнозировать его поведение. История показала, что человек шире любой схемы и что, вталкивая его в очередную типологию, мы заведомо обманываемся, что знаем его сущ­ность, понимаем его устремления и можем предвидеть его поведение.

В целях предупреждения неоправданно широкого использования типологий и абсолютизации, полученных с их помощью результатов, а также формулирования малообоснованных прогнозов, необходимо оп­ределить сферу допустимого применения результатов отдельных типо­логий. Практика показала, что реальность всегда сложнее умозритель­ных схем, даже кажущихся безупречно логичными. Ломброзо не удалось соблюсти правильные пропорции, излишне говорить, что такой пара­метр, как мотивация, вообще им не учитывается. Ответ на поставлен­ный вопрос Ломброзо, как нам кажется, надо искать в различных плос­костях: с одной стороны, нужно идти в глубь человеческой личности, ее наследственности, с другой - требуется ее всесторонний социально-психологической анализ.

Проблема Ломброзо в том, что свои выводы он строил на ограни­ченном круге факторов. Бросается в глаза односторонность теории Лом­брозо, тогда как проблема преступлений многолинейна и требует мно­гофакторного анализа. В этой теме нельзя слишком легко удовлетворять­ся готовыми, находящимися под рукой объяснениями. Короче говоря, достаточно беглого взгляда, чтобы выявить, что позиция Ломброзо относится к чисто спекулятивной конструкции, лишенной эмпирических оснований.

Изучение людей, совершивших преступления агрессивного харак­тера, все чаще приводит ученых к мысли, что в работе мозга таких лю­дей - пусть не всегда, но гораздо чаще, чем представлялось раньше, - происходят те же отклонения, что и у психически больных. Особенно характерно это для агрессоров-рецидивистов: психиатры часто обнару­живают у них явные признаки шизофрении, эпилепсии, маниакально-депрессивных состояний, причем такие диагнозы часто ставятся еще задолго до того, как совершается преступление. Видимо, поломки в ра­боте серотониновых антиагрессивных механизмов лишь потому позво­ляют человеку переступить порог агрессивного поведения, что его мозг уже надломлен недугом.

Такую точку зрения подтверждают и исследования физиологии пре­ступников. Как пример можно привести интереснейшее наблюдение американского химика-аналитика У. Уолча, изучавшего методом массспектрометрии содержание микроэлементов в волосах людей. Анализы показали: у большинства агрессоров, взрослых и подростков, в отличие от обычных людей, в волосах повышено содержание свинца, железа, кад­мия, кальция и меди и понижено - цинка, лития и кобальта. Из этого, однако, не следует, что любой преступник - душевнобольной, как, ко­нечно, и то, что любой душевнобольной - преступник. У людей с нор­мальным мозгом отклонения могут возникать не на физиолого-биохимическом уровне, а на уровне осознания морально-этических ценностей. От­сюда следует, что «незачем мерзости нормы списывать за счет патологии». В книге «Criminal Man» (1895 г) Ломброзо впервые изложил резуль­таты использования примитивных приборов при допросе преступни­ков. В одном из описанных им случаев следователь, беседуя с подозре­ваемым, с помощью плетизмографа обнаружил физиологические изме­нения (ускорение пульса, увеличение давления, увеличение частоты дыхания и потливости). Описанный случай интересен тем, что являет­ся, по-видимому, первым зафиксированным в литературе примером применения «детектора лжи».

Рассматривая уголовное право как отрасль физиологии и патологии, Ломброзо переносит уголовное законодательство из области моральных наук в область социологии, сближая его вместе с тем с науками естествен­ными. Он предлагал заменить судей-криминалистов судьями новой формации, из среды представителей естественно-научной области.

Еще при жизни Ломброзо его идеи встретили решительный протест со стороны криминалистов и антропологов, доказывающих, что уголов­ное право - наука социальная и что ни по предмету, ни по методу ис­следования она не может опираться на антропологию. На Брюссельс­ком международном уголовно-антропологическом конгрессе Ломбро­зо подвергся ожесточенной критике. Была доказана несостоятельность понятия «преступный человек» как особого типа, равно как и других положений, которые из своей теории выводил Ломброзо. Критика, од­нако, не смущает Ломброзо. Он продолжает работу и пишет новые кни­ги. Так, после сочинения о преступном человеке («Uuomo deliguente», 1876 г) он написал о политическом преступлении и о революциях в от­ношении к праву, уголовной антропологии и науки управления («Iidelitto politico e le rivoluzioni», 1890 г); о преступной женщине («La donna deliguente», 1893 г).

Чезаре Ломброзо критиковал взгляды Ф. Гальтона за то, что тот сбли­жал гениальность человека с психическим расстройством. Сам же он опе­редил Гальтона в этом вопросе. До Ломброзо и после него многие авторы писали о невротичности гениальных людей, однако его теории суждено было обратить на себя большое внимание. В своей книге «Genio e foilia» («Гениальность и помешательство», 1864 г), которая наделала много шума и еще при его жизни переиздавалась более 6 раз, Ломброзо выдвинул те­зис, что гениальность соответствует ненормальной деятельности мозга, граничащей с эпилептоидным психозом. Причины творческого вдохно­вения, по Ломброзо, суть эквиваленты судорожных припадков.

Действительно, в состоянии экстаза, обрисованного Достоевским в его «Идиоте», которое овладевает иными эпилептиками перед припадком па­дучей болезни, возникает восторженное состояние, под влиянием которо­го рождается нечто новое, творческое. Под влиянием такого экстаза, на­пример, Паскаль написал род исповеди, или завещания, которое зашил в подкладку своей одежды и всегда с тех пор носил при себе. Удивленный чтением исповеди Паскаля, академик Кондорсе счел ее чем-то вроде зак­линания против дьявольского наваждения. В оправдание этой гипотезы, усвоенной также врачом Лелю, написавшим в 1846 году целую книгу об отношении здоровья этого великого человека к его гению, говорят некоторые факты, которые здесь нет возможности привести. История знает мно­жество талантливых людей, которые страдали эпилепсией, среди них были Авиценна, Пифагор, Демокрит, Александр Македонский, Плутарх, Юлий Цезарь, Петр I, Ван Гог, Достоевский, Мольер, Наполеон I. Однако никем еще не доказано, что эпилепсия активирует талант.

В поисках общего у помешанных и гениальных Ломброзо пытал­ся доказать, что безумство порой приводит к гениальным творени­ям. «Между помешанным во время припадка и гениальным челове­ком, обдумывающим и создающим свое произведение, существует полнейшее сходство», - пишет Ломброзо. Далее он говорит, что тех и других, вследствие гипертрофированной чувствительности, чрезвы­чайно трудно убедить или разубедить в чем бы то ни было. Он гово­рит о способности гениев интерпретировать в дурную сторону каж­дый поступок окружающих, видеть всюду преследования и во всем на­ходить повод к глубокой, бесконечной меланхолии. Эта способность, считает Ломброзо, обусловлена большим умом, благодаря которому талантливый человек изобретательнее находит истину и в то же вре­мя легко придумывает ложные доводы в подтверждение основатель­ности своего мучительного заблуждения. Все эти аналогии автор ил­люстрирует на богатом материале. В качестве примеров, подтверж­дающих его теорию, Ломброзо приводит целый ряд ученых, худож­ников, писателей, поэтов и т.д.

Профессор Ломброзо и примкнувший к нему доктор Пальяни из Болоньи заявили, что признают факт передачи мысли на расстоянии. В последнем номере «Архива психиатрии» за 1880 год они представили опыты с неким французом Пикманом, который был выбран для экспе­риментов не случайно. Дело в том, что он давал публичные представле­ния (идеомоторные акты, подобные тем, которые в то же самое время демонстрировал русский г-н Онофров в Уэстминстерском Аквариуме). Ломброзо утверждает, что в его опытах с Пикманом внушения не прохо­дили обычным путем, то есть по известным каналам чувств, а происхо­дила подлинная передача мысли.

Занимался Ломброзо и исследованием способностей медиумов к яс­новидению. Сначала он не верил в их способности и даже слушать об этом ничего не хотел. Относительно приписываемой медиумам способ­ности к ясновидению он сообщает следующее: «У Евзапии Паладино, например, зафиксировано два случая, которые с большой натяжкой можно назвать предвидением. Первый случай относился к известной краже у нее драгоценностей. Она утверждала, что будто бы об этой кра­же ее предупредили два повторившихся подряд в одну ночь сновидения, которые произошли за день до кражи. Однако из ее последующего рас­сказа стало известно, что все произошло совершенно иначе, чем приви­делось во сне. Вообще говоря, Евзапию не всегда можно понять из-за свойственной ей сбивчивости. Чтобы навести справки о злоумышлен­нике, ей пришлось обратиться к одной из своих соперниц, сомнамбуле, госпоже Дичь-Пиано, которая указала на ее привратницу как на винов­ницу кражи. Это указание оказалось верным, к такому же мнению при­шла вскоре полиция».

Второй случай определеннее, но на научный эксперимент похож мало. Ломброзо дважды знакомил Евзапию с личностями, выдававшими себя за ее поклонников, но которые на самом деле таковыми не являлись. В ре­зультате, даже не взглянув на них, она грубо от них отмахнулась.

Чезаре Ломброзо довел до общественности свое мнение о спиритиз­ме: «Феномены спиритизма происходят от самих медиумов, но никак не от потусторонних сил». К медиумизму Ломброзо относился крайне враждебно до 1891 года, пока не принял участие в экспериментах с ме­диумом Паладино. В результате экспериментов он заявил о своем убеж­дении в реальности явлений спиритизма, но также, что он по-прежне­му не признает спиритических теорий. После этого тема спиритизма, во всяком случае, в Италии, стала достаточно животрепещущей.

Доктор Чезаре Ломброзо скончался 19 октября 1909 года в Турине.

М.С. Шойфет, "Сто великих врачей"




Вверх
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Gorodskidok.uz 18+
Сайт разработан ООО "Norma". Все имущественные права на сайт принадлежат ООО "Norma".
Учредитель: ООО "Norma"
Гл.редактор: Мустафина А.М.
Адрес: 100105, Узбекистан, г. Ташкент, ул. Таллимарджон, 1/1
Тел.: (998 71) 283-39-26; факс: (998 71) 283-39-23
E-mail: info@apteka.uz , admin@apteka.uz
Любое копирование материалов сайта возможно только с активной гиперссылкой на www.apteka.uz
© ООО «Norma»; 2018. Все права защищены.